Легенды гор Таджикистана

Печать
(На конкурс)
Мой сериал из трёх очерков, под общим названием «Легенды гор Таджикистана» подходит к концу. Сегодня в последнем очерке главным героем выступает человек самой мирной профессии, кандидат медицинских наук, главный травматолог республики Борис Лукич Жуков, который совершил то, чего нигде и никогда до него не совершал никакой другой медик.
Была середина лета 1967 года. В Таджикистан приехала группа московских молодых учёных-физиков, самозабвенно влюблённых в альпинизм и проводивших свои отпуска в горах Таджикистана. Это был их третий вояж, целью которого стало восхождение на пик Патриот, высотой 6300 метров. Группа успешно штурмовала грозную вершину, когда раздался крик – камни! Камнепад в горах жуткое зрелище. А зацепит кого каменная лавина – пропал человек.
В тот раз лавина зацепила члена группы Виталия Фёдорова. Двигавшийся по склону крутизной 50 градусов, он взглянул вверх и в туче мелкой гальки увидел глыбу, которая начала падать. Резкий рывок, и, пролетев метров пять вниз, Виталий повис на перильной верёвке, только что им же самим натянутой. Очки забило снегом, в голове гудело. Правая нога твёрдо упиралась в скалу, а левая подвернулась, словно ватная…
Как только ушла вниз каменная лавина, ребята кинулись к Виталию и быстро стали поднимать на вершину, потому что только там можно было поставить палатку. Она появилась в мгновенье ока – «травмпункт» на высоте 6300 метров. По радио альпинисты связались с управлением санитарной авиации, сообщили о несчастье и запросили помощи.
Работники санавиации сразу решили, что тут без Жукова не обойтись. Ведь именно он в самых трудных случаях всегда вылетал в отдалённые районы и спас уже там многих пострадавших.
Борис Лукич находился в отпуске и укладывал чемодан, когда в его квартире раздался тревожный звонок. Он сразу оценил ситуацию и заявил: отпуск прерываю, мне нужна радиосвязь с альпинистами. И вскоре он подробно проинструктировал их о том, как оказать первую помощь Виталию Фёдорову.
Трагедия происходила на высоте, где пара пустяков замёрзнуть и здоровому, если не двигаться. А Фёдоров лежал неподвижно. Он был ослаблен потерей крови, полученным сотрясением мозга. И, напрягал волю, чтобы ничем не проявлять своей слабости. А друзья действовали, по полученной инструкции. Вот разрезана одежда на искромсанной ноге. Нога холодная, её растирают, чтобы согреть. Но как растирать, когда видишь громадную рану, из которой торчат костные отломки? Вот рану обильно присыпают стрептоцидом, перевязывают стерильным бинтом, вот к ноге прикладывают палки и ручки ледорубов, чтобы получился лубок. Потом травмированную ногу прибинтовывают к здоровой… А Фёдоров ждал. Ему было известно, что их группа молодых москвичей – не единственная в этих высочайших горах. Лето позвало на тренировки многих энтузиастов восхождений, которым по радио, конечно, уже сообщили о несчастье на пике Патриот. И он верил, что помощь скоро будет.
В предельно короткий срок на пик «Патриот» поднялись спасатели. Они принесли дополнительное снаряжение для аварийного спуска. И спуск начался.
…Бесчисленное количество раз меняет позицию ручная лебёдка, при помощи которой живой «контейнер» медленно снижается вдоль почти вертикальной скалы.
Ледник Вавилова. Уже приготовлены сани-волокуши, и ожидающим здесь альпинистам надо ускоренным темпом пройти следующий этап – спустить пострадавшего ещё на одну ступень – к лагерю, который называли «Сурковым». Путь этот тоже не подарок, но дело шло быстро. На пятые сутки спасатели увидели свой лагерь.
…Борис Лукич Жуков в одежде зимовщика нетерпеливо ожидал их. Он прилетел сюда на вертолёте двое суток назад. Он высоко оценил искусство пилота Юрия Сачко, который посадил свою крутобокую «стрекозу» на одну из трёх ступенек чуть больше волейбольной площадки, прижатых к отвесной каменной стене. 43-летнего Жукова мучила отдышка, леденил холод. Но хирург немедленно приступил к операции, вернее – к решению задачи со многими неизвестными и в обстановке, которую потом назвал уникальной.
Врач, едва приземлившись, сразу стал расспрашивать, где, в каком состоянии пациент, скоро ли будет снят с вершины, потребовал радиосвязи со спасателями.
И он стал действовать так, как диктовали ему интуиция, помноженная на ювелирное мастерство, и опыт хирурга. Разреженный воздух прерывал дыхание и вызывал сердцебиение. Работать пришлось в пуховой куртке, лёгкой и удобной, но всё же непривычной в хирургическом священнодействии.
Принимая решение оперировать, он шёл на известный риск. В чём был риск? – Прежде всего, стерильность оказалась чисто условной. Не было под рукой обычных помощников. Вызывало сомнение, как пострадавший перенесёт переливание крови, которое ему было необходимо. Да и сама кровь (взятая, к счастью, у универсального донора и годная для любой группы) хранилась в необычных условиях – в ледяной нише и при пониженном атмосферном давлении. Трудно было предвидеть, какую реакцию организма вызовет в этих, совершенно немыслимых условиях, введение обезболивающих наркотиков и само оперативное вмешательство. Раненый был ослаблен не только травмами, но теперь уже и развившимся на высоте воспалением лёгких. Но если отложить операцию, то у раненого могли начаться гангрена, заражение крови, могло наступить любое тяжёлое осложнение.
Сняв первичную повязку, хирург увидел зияющую рану сантиметров тридцать длиной и около двенадцати шириной. Следовало очистить её и для начала собрать в целое опорный аппарат. Операция по поводу многооскольчатого перелома обеих берцовых костей началась. Мелькнула мысль: если не разорваны нервы и основные кровеносные сосуды, то ногу, возможно, удастся сохранить…
Сколько длилась операция, Жуков не знал. Ему казалось, что прошло не менее часа. Но альпинисты любят точность, они засекли время и удивили его, сообщив, что истекло три часа и тридцать минут. А на плоском камне, где лежал раненый, они вырубили слово «операционная».
Теперь оставалось доставить раненого в клинику. Однако Душанбе был далеко за горами, а тучи скрывали окрестные вершины, и было ясно, что полёт состояться не может. Треск мотора опроверг эту догадку. Пилот Юрий Сачко привёл-таки свой МИ-4, невзирая на непогоду. Он уже успел к этому времени получить официальное разрешение на рейс и посадку в любых условиях. А это означало, что теперь вся ответственность ложилась на вертолётчика. Ему доверялась жизнь и спасённого, и спасателя.
…Два месяца врачи душанбинской городской клинической больницы №3 боролись за жизнь Виталия, за возвращение ему здоровья. Больной был так слаб, что с трудом мог поднять обыкновенную ложку. Ушиб легких осложнился плевритом, поднялась температура. Но интенсивная терапия и волевые усилия самого пациента дали отличный результат. Воспалительный процесс стих. Началась подготовка к операции с целью чистки костей повреждённой конечности.
И пришёл, наконец, день, когда Фёдоров стал ходить с помощью костылей. В сложнейшем случае была спасена не только жизнь, но и нога. Год спустя, уже из Москвы, он написал Жукову: «Вышел на работу, сразу включился в новую работу (он – кандидат физико-технических наук). Хожу пешком в один конец, гуляю без палочки, почти не хромаю. Катался на велосипеде…».
А через одиннадцать лет, в 1979 году, я узнал, что Фёдоров возглавил отряд спортсменов, поднявшихся на Эльбрус.
Всё, что вы прочитали, изложено так, как, будто автор наблюдал за происходящим и вот теперь выдал свой репортаж. На самом деле всё обстояло иначе. Борис Лукич, возвратившись в Душанбе, конечно, занялся Виталием Фёдоровым. Здесь мне было разрешено побеседовать с больным. На его лице ещё оставались многочисленные тёмные пятна – остатки травм и синяков, полученных от ударов мелких камней. Но Фёдоров чувствовал себя уже лучше и чётко рассказывал историю катастрофы. Тем временем прибыла и группа альпинистов, штурмовавших пик Патриот. Первым делом они навестили Жукова, и вручили ему дорогие подарки. Это была палатка – «травмпункт» с пика Патриот. К ней прилагался моток крепчайшей верёвки оранжевого цвета. И ещё – фотография плоского камня, с надписью «операционная», а также букетик серебристых, мохнатых цветов – эдельвейсов.
И тут он вспомнил, что сообщил мне, как журналисту о своей необычной командировке в горы. К тому времени я был хорошо знаком с Жуковым. Я не раз писал о его новаторских методах работы¸ как травматолога. Мне довелось быть его пациентом, которого он избавил от хромоты, вызванной отложениями соли в коленях. Мы о многом беседовали в его рабочем кабинете. Там к стене был прикреплен большой щит, на котором красовалось более двухсот металлических предметов, все они были извлечены Жуковым из человеческих тел. В самом низу щита пунктиром располагались разнокалиберные пули. А это откуда, спросил я удивлённо.
- Этими пулями, сказал Жуков, были ранены пограничники, сотрудники госбезопасности, милиции.
Вот какой человек совершил гражданский подвиг в горах летом 1967 года. Прошло немало лет, но подвиги не забываются, и я хочу, чтобы экскурсоводы, которые будут двигаться маршрутами, ведя по ним любителей горного туризма, поведали им всё, что было совершено героями данного сериала, и что хранят молчаливые горные утёсы.
Олег Соболев,
Заслуженный работник Таджикистана

Самое читаемое

Социальные сети

КОНКУРС!

Календарь

2018
Октябрь
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930311234

ПОДПИСКА-2019

Наш подписной индекс 68855.
Наши реквизиты:
ИНН – 030002711
Р/с №20202972684401104000
Г. Душанбе, филиал №4 «Амонатбонк» район Сино.
к/с 20402972316264
МФО 350101626

На сайте онлайн

Flag Counter
Яндекс.Метрика